Зарембо Наталья Евгеньевна
заместитель директора по научно-методической работе музея-заповедника «Дмитровский  кремль»

Опубликовано в книге «Канал Москва-Волга: история и современность. К 80-летию со дня начала строительства (материалы и исследования)» (2012, Дмитров), изданной музеем-заповедником «Дмитровский кремль».

Иллюстрации и ссылки добавлены сайтом Москва-Волга.Ру

В работе над докладом, посвященном архитектурным сооружениям канала Москва — Волга мной был использован широкий круг материалов. Центральное место в нем занимают воспоминания и статьи архитекторов, работавших над архитектурой шлюзов, пристаней, порта. Эта работа не претендует на полное отражение архитектурных особенностей сооружений канала, а, скорее, показывает некоторые принципы разработки общей концепции архитектуры канала. В частности, почему надводная часть «стройки века» стала такой, а не другой, какими методами пользовались архитекторы для достижения поставленных перед ними целей. Канал Москва — Волга — гигантская стройка второй сталинской пятилетки, крупнейшее гидротехническое строительство в мире — должен был решить 3 задачи:

  1. Создать глубоководный судоходный путь, соединяющий реки Москва и Волга.
  2. Обеспечить полное и бесперебойное снабжение питьевой водой жителей столицы и одновременное водоснабжение ее промышленности.
  3. Москву-реку в пределах города из мелководной превратить в глубокую реку.

После окончания стройки волжских плотин у Рыбинска и Углича и сооружения Волгодонского канала, канал Москва — Волга должен был соединить столицу с пятью морями — Белым, Балтийским, Каспийским, Азовским и Черным. Завершение стройки канала открывало дешевый водный путь хлебу и углю юга, рыбе и нефти Каспия, лесу, строительному лесу и рудам Севера.

С окончанием стройки гидротехническая часть сооружений канала в значительной мере должна была быть скрыта водой. Ее грандиозность, техническую мощь и должно было выявить и подчеркнуть архитектурное оформление надводной части сооружений и эксплуатационных зданий. Архитектура, таким образом, была призвана оформить надводные части гидротехнических сооружений. Она должна была в новых формах сооружений дать идейное содержание той эпохи, подчеркнуть значение «стройки века».

Канал Москва — Волга стал не ТОЛЬКО СЛОЖНЫМ комплексом гидротехнических сооружений, отображающих достижения самой передовой техники и высокого строительного искусства. Вырыв гигантский канал, покрыв его каменной одеждой, давши выход к пяти морям, строители создали образец новой архитектуры, сочетающейся с техникой, природными условиями и пластическим искусством. В единстве взаимодействия техники, искусства и природы — уникальность этого антропогенного комплекса, интегрированного в природную среду.

Коллектив архитекторов канала во главе с главным архитектором В. М. Перлиным впервые встретился с такой новой, отличающейся творческим разнообразием, волнующей своей грандиозностью задачей. В. М. Перлин пишет в журнале «Москваволгострой» №6 от 1937 года: «Мы не имели и не могли иметь перед собой хотя бы в малейшей степени подобных примеров, как решение единого архитектурного ансамбля гидротехнических сооружений, расположенных на 128-километровой трассе». Задача, следовательно, состояла в том, чтобы найти ясный выразительный образ гидротехнических сооружений. При этом необходимо было отразить, что канал является транспортной магистралью, что сооружения разбросаны по всей трассе его, необходимо было дать каждому сооружению индивидуальный образ, сохранив единство, избежать архитектурной разноголосицы.

 

Имея перед собой образ московского метро, архитекторы полагали, что это именно то, из чего им нужно исходить при решении архитектуры канала. Канал и метро, по меткому выражению одного из современников строительства канала, — два родных брата. И капал, и метрополитен — транспортные сооружения. И тот и другой сочетают в себе высокую технику и новую архитектуру. Но канал и метро различны. Метрополитен — подземное сооружение, он лишен естественного света, он как бы замкнут в себе самом. Канал же, наоборот, связан с природой, с окружающим ландшафтом и вписывается в этот ландшафт.

 

При проектировании архитектурных объектов канала (шлюзов, технических сооружений, пристаней, портов) архитекторы учитывали рельеф местности, где находился вверенный им объект, окружающие зеленые насаждения, обустраивали прибрежную зону. Сама территория шлюзов становилась своего рода охраняемым «заповедником», со своим дизайном, архитектурой, скульптурой.

 

Архитектор И. Фридлянд в своей статье «Архитектура канала» в журнале «Москваволгострой» №8, 1935 год пишет «Обработка основных сооружений в легких и стройных, но в тоже время монументальных формах, в светлых тонах, создаст бодрое, жизнерадостное настроение».

Решающее значение для характера всей архитектуры канала будет иметь указание Наркома Г.Г. Ягоды о широком применении естественных камней для облицовки всех сооружений. Это предрешило монументальный характер сооружений, строящихся с расчетом эксплуатации в течение многих лет. Архитекторы использовали белоснежный тарусский камень, светлый терразит, лабрадорит, белый известковый камень, гранит, благодаря этому все здания хорошо выделяются на фоне воды и зелени.

Особо необходимо остановиться на создании специальной архитектурной мастерской строительства. Для участия в ее работе были привлечены крупные архитекторы Советского Союза, такие как В. М. Перлин, И. Фридлянд, Д. Б. Савицкий, А. В. Юзепчук, В. А. Канчели, В. Я. Мовчан и др. Всесоюзная академия архитектуры также включилась в работу по архитектурному оформлению канала.

1937 год. Архитекторы после награждения орденами Трудового Красного Знамени. Слева А.Л.Пастернак, сверху Г.Г.Вегман, справа Д.В.Савицкий, внизу В.Я.Мовчан
1937 год. Архитекторы после награждения орденами Трудового Красного Знамени. Слева А.Л.Пастернак, сверху Г.Г.Вегман, справа Д.В.Савицкий, внизу В.Я.Мовчан

До строительства метро и канала на архитектуру промышленных и транспортных сооружений обращалось чрезвычайно мало внимания. Было построено много мрачных, тяжеловесных сооружений, участие архитекторов в их создании было крайне ограничено, они привлекались лишь к проектированию бытовых помещений, обработке отдельных деталей, «причесыванию» спроектированных и даже уже построенных сооружений. На строительстве канала работали совместно с самого начала рука об руку гидротехники, технологи, архитекторы. Принципом работы архитектурной мастерской стал лозунг «архитектор — на леса».

Хочется обратить внимание на то, что на строительстве канала архитектору предоставлялись исключительно (для того времени) творческие возможности. Благодаря тому, что все архитекторы были профессиональными художниками, они обратили свои взоры на классическую архитектуру, использовали ее не как материал для заимствования, а как образец построения образа логичности и простоты. А. В. Юзепчук, главный архитектор Яхромского узла сооружений, пишет: «Простота изобразительных средств, органическая связь с природой (в данном случае главным образом с водой), использование цвета, игра светотени и овладение материалом — эти особенности архитектуры античной Греции наряду с лаконичным совершенством пропорций и пластическим построением масс, так свойственным архитектуре Ренессанса, были положены в основу детальной разработки архитектуры зданий». Почти каждый архитектор в своих воспоминаниях и статьях пишет об использовании им античного наследия при составлении конструктивных схем. Например, в архитектуре Яхромского узла сооружений, созданного авторским коллективом под руководством Юзепчука и Мовчана, это открытые колоннады, лепные балюстрады, лоджии и галереи, легкие колонки в окнах, использование тарусского камня и светлого терразита. При решении архитектурного ансамбля пятого узла сооружений это использование каменных форм римских гидротехнических сооружений, которые своей простотой и монументальностью наиболее отвечают грандиозному масштабу всего канала в целом, а также широкое выделение глади стены, прорезанной арками проемов, почти без применения орнаментации и декоративных элементов.

Почти во всех башнях управления шлюзами вводится скульптура, дополняющая и развивающая идейное содержание архитектуры. По своей тематике скульптура разрешается то в виде моментов стройки — шлюз № 2 то, как элемент, поясняющий развитие водного транспорта — шлюз № 3, то как символ — девушка, несущая воду в Москву на шлюзе № 5.

Основой получившейся новой архитектуры стала классическая монументальность сооружений с правильно понятым их утилитарным характером.

И по объему работ, и по инженерной сложности канал имени Москвы стал явлением выдающимся, единственным в своем роде. Столь же исключителен он и в художественном, эстетическом отношении: это протянувшийся более чем на сотню километров комплекс выразительных и стройных архитектурных ансамблей, гармонирующих с окружающим ландшафтом, несущий в себе модуль высокой декоративности.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Введите ваш комментарий
Введите своё имя